Игорь Гужва: после того как я покинул Украину, у властей исчез очень серьезный рычаг давления на издание

 При этом он остается главным редактором издания и продолжает руководить "Страной" из-за границы. По его уверению, сайт будет работать в прежнем формате, наращивая обороты и активно развиваясь. Главный редактор "Страны" напоминает, что в Украине против него сфабриковано уже 5 уголовных дел и дальнейшее пребывание его на территории Украины является для него опасным, в виду угроз его жизни, а обращения за защитой к правоохранительным органам остаются без ответа.

В интервью Українським Новинам Гужва назвал фамилии конкретных людей, которые по сути вынудили его покинуть Украину, а также рассказал, почему выбрал именно Австрию, за какой счет собирается жить и почему его выезд за границу только укрепит позиции "Страны". В ближайшем будущем Гужва все же надеется вернуться на родину.

Кто стоит за преследованием Вас в Украине? Назовите конкретные фамилии?

Здесь несколько аспектов. Один глобальный, второй, скажем так, личностный, там где есть конкретные фамилии. Глобальный аспект состоит в следующем. Власть не может похвастаться какими-то успехами за год до выборов, против нее постоянно выдвигаются обвинения в воровстве, коррупции и так далее. И ей нужен некий отвлекающий фактор, чтобы переключать внимание общественности на что-то или на кого-то. Для этого власть выбирает неких персонажей, которых называет непатриотами, агентами, пятой колонной и начинают по ним "отрабатывать", чтобы показать, во-первых, что у власти находятся якобы патриоты, а не воры как все думают. С другой стороны, чтобы отвлечь внимание общественности, настроить ее против каких-то других персонажей, внутреннего врага и так далее. То есть это общая тактика властей, благодаря которой они думают, что смогут удержатся на Печерских холмах после выборов президента и парламента в следующем году. В число этих объектов нападок попал и я. Во власти решили, что если они будут против меня фабриковать уголовное дело, то они могут это преподносить своему электорату, своей "патриотической" общественности как борьбу с "пятой колонной", якобы защищая информационное пространство от агентов и врагов и так далее. Почему они выбрали меня? Потому что наш сайт "Страна" действительно им очень не нравился, так как мы писали о коррупции, проводили расследования по Александру Онищенко и многие другие, поэтому кто-то особо умный во власти решил, что начиная преследовать меня они убивают двух зайцев одним выстрелом. С одной стороны они расправляются с нами как сайтом, который пишет о них материалы, которые им не нравятся. С другой стороны – делают это под предлогом "борьбы с внутренним врагом", пытаясь заработать очки в глазах каких-то групп электората. Вот это та глобальная концепция, которую власть в моем случае отрабатывает.

Изначально все началось, когда я руководил холдингом "Вести". Уже тогда против меня были возбуждены первые уголовные дела по неуплате налогов. Тогда этот вопрос курировал секретарь СНБО Александр Турчинов и близкий к нему человек - Сергей Билан, начальник Налоговой милиции. Собственно, они и занимались фабрикацией налоговых дел, первых уголовных дел против меня. Потом, когда я запустил сайт "Страна" и у нас стали появляться публикации про "порохоботов", про Липецкую кондитерскую фабрику "Рошен", про коррупцию в окружении Президента, когда мы начали публиковать так называемые "пленки Онищенко", то подключился сам Президент. Он поставил задачу органам прокуратуры и СБУ посадить меня в тюрьму. Как мне рассказывали источники в силовых структурах, задача была сформулирована именно таким образом. Не столько осудить меня и добиться какого-то приговора, сколько найти способ меня изолировать, посадить в тюрьму, а дальше уже либо ждать пока сайт без меня перестанет функционировать или договариваться об изменении редакционной политики или еще о чем-то. Первоначально, если Вы помните, в начале 2017 года, мы заявляли о том, что власти готовят против нас провокации, связанные со сфабрикованным дело по сепаратизму. У этого дела тоже корни еще от холдинга "Вести". В журнале "Репортер" нашли статьи, где якобы есть намеки на сепаратизм, хотя на самом деле ничего подобного там не было и дело с 2014 года лежало "мертвым грузом" и фактически не расследовалось. Потом, в конце 2016 года о нем вспомнили и начали активно по нему работать. Было вызвано на допрос до 50 журналистов журнала "Репортер", которым на допросе задавали один вопрос - "Что вы знаете о сепаратизме Игоря Гужвы". Цель была одна - получить хоть какую-то информацию против меня. Но никто не давал показания, которые им были нужны. Более того, когда они приняли серьезные меры давления на бывшего главного редактора этого журнала Инну Золотухину и пытались ее заставить дать показания против меня, она отказалась это делать и концепция привлечь меня по делу о сепаратизме тогда провалилась. Хотя дело было для них важным, так как статья 110 Уголовного кодекса предусматривает только один вид меры пресечения - взятие под стражу. Поэтому они хотели ее использовать, но не получилось. После этого они начали операцию по фабрикации дела о вымогательстве, где подключился уже товарищ Олег Ляшко, который также метал гром и молнии по поводу наших статей о нем. Причем делал это публично. Не скрываясь. И поэтому он согласился участвовать в фабрикации дела и организовывать эту провокацию при помощи своего депутата Олега Ляшко. То есть, фактически, идейным вдохновителем дела о вымогательстве, как и всех прочих, был Петр Порошенко, а непосредственным исполнителем был Ляшко.

Вы накануне сообщили, что на Вас покушались и угрожают физической расправой. Расскажите, кто и зачем Вам угрожает? Кому это нужно?

Что касается угроз. Мы получали угрозы постоянно, то есть каждую неделю буквально в Фейсбуке кто-то пишет, что нас надо уничтожить. Кстати, пишут и уже после моего отъезда из Украины. Вот, к примеру, можно привести вчерашний пост депутата Мосийчука, который заявил о том, что после того, как я уехал из Украины, некие патриоты теперь должны расправляться с врагами как и с Бузиной. Это можно воспринимать как прямой призыв к убийствам людей, которые по каким-то причинам не нравятся Мосичйуку. Еще осенью прошлого года, когда вал угроз начал особенно мощно нарастать, мы решили обратится в правоохранительные органы. Мы собрали весь комплекс этих угроз, которые поступали и мне и Валерии Ивашкиной и моему заместителю Максиму Минину и другим нашим журналистам и от имени издания подали заявление о преступлении в Национальную полицию, Генпрокуратуру и СБУ с просьбой открыть уголовное производство по данным фактам. Это заявление осталось без ответа, уголовное производство не начато, не открыто. Далее, как известно, в конце прошлого года, когда я пришел на митинг, посвященный Вячеславу Веремию и мягкому приговору участнику его убийства Крысину, на меня напал один из лидеров националистической организации С14 Евгений Карась, который фактически вынудил меня покинуть этот митинг. На лицо прямой факт препятствования журналисткой деятельности, потому что я там был как журналист и собирался собрать материал для освещения на нашем сайте. Мы опять же написали заявление в полицию и буквально на днях получили ответ о том, что нам отказано в возбуждении уголовного производства. То есть, это показывает, что наша правоохранительная система даже не делает вид, что собирается расследовать угрозы в наш адрес. В целом угрозы, анонимные приветы от общих знакомых мне поступают постоянно. Вот буквально на прошлых выходных от известного украинского политолога мне поступило сообщение о том, что некие радикалы и националисты готовят против меня так называемый атентант. То есть убийства. И это, повторюсь, не первая такая угроза. До какого-то времени я рассчитывал, что могу использовать юридические инструменты для того, чтобы доказать свою невиновность и защититься в правовом плане. Но после Нового года очень сильно изменилась атмосфера в судебной системе, что связано с расформированием Президентом судов. Сейчас судьи стали на порядок более восприимчивы к давлению со стороны властей, чем было до того, так как их всех сейчсас подвесили на крючок. В неофициальных беседах судьи говорят, что по таким делам как мое дело, оправдательных приговоров не будет. Они просто не смогут их вынести, поскольку хотят остаться на своих местах. Более того, с Администрации Президента спустили в суд ориентировку по приговору для меня по делу о вымогательстве - 7 лет тюрьмы.

Сколько на данный момент дел расследуется против Вас?

То, что я знаю, это 5 дел. Может быть еще какие-то есть. Это два дела налоговых, одно дело по вымогательству, одно по сепаратизму и одно дело о гостайне - история с флэшкой, которую якобы у нас нашли, на которой были якобы какие-то данные, содержащие государственную тайну. Это дело для меня покрыто тайно, потому что я не совсем даже понимаю, о чем идет речь. Никакой гостайны на каких-то флэшках у меня не было. Скорее всего, это некое такое страховочное дело, на всякий случай, чтоб было под рукой для давления на меня.

Какой у вас статус по этим делам?

Одно дело уже слушается в суде, это самое первое - налоговое дело. По второму делу я подозреваемый, оно находилось на этапе ознакомления с материалами дела. Еще по одному налоговому делу у меня статус свидетеля, еще по двум делам я никакого статуса пока не имею. По ним меня не вызывали на какие-то допросы.

Вы сейчас в Австрии. Не боитесь, что Интерпол может объявить вас в розыск?

Естественно, что мы прогнозируем такой вариант, но с учетом того, что львиная доля всех обращений украинских властей по так называемым политическим делам за последние годы Интерполом была отправлена обратно, то я думаю, что мы сможем доказать, что все эти обвинения против меня имеют политическую мотивацию и потому меня не следует преследовать.

Вы подали прошение к властям Австрии о политическом убежище. Уверены ли в том, что вам его предоставят и как долго это прошение может рассматриваться?

Максимальный срок рассмотрения, насколько мне известно, 15 месяцев. По срокам сказать сложно, но со своей стороны я предоставлю все необходимые материалы, чтобы доказать, что в Украине против меня ведется политическое преследование и существует реальная угроза моей жизни и свободе. 

Почему именно Австрия?

Во-первых, я не хотел, чтобы это была страна, которая находится в сложных отношениях с Украиной, потому что я остаюсь главным редактором украинского СМИ и с этой точки зрения очень важно, чтобы та страна, в которой я нахожусь, не могла оказывать на меня сильного влияния с целью корректировки редакционной политики. Австрия - страна ЕС, которая при этом имеет нейтральный статус, не являясь членом НАТО и любого другого политического блока. И в этом плане Австрия как нейтральная страна на мой взгляд является оптимальной с точки зрения получения убежища. Кроме того Австрия известна как страна, которая стоит на защите прав и свобод человека. И надеюсь на поддержку моего прошения о политическом убежище.

Хватит ли у вас средств на проживание в Австрии? Вам кто-то финансово помогает?

Естественно, что у меня есть какие-то доходы, которые я получал в прошлые годы и я думаю, что мне их хватит для того, чтобы прожить здесь.

А не финансово кто-то помогает? Возможно консультациями в юридическом плане?

В Вене живет известный юрист Андрей Портнов, с которым я контактирую и мы плотно с ним общаемся по вопросу предоставления мне политического убежища. Он дает мне советы и рекомендации.

Как вы собираетесь управлять изданием "Страна", находясь в Австрии?

Как известно, интернет-издание можно наполнять откуда угодно. Редакция остается в Киеве, журналисты продолжают работать. Я нахожусь здесь и редактирую материалы через нашу систему управления выпуском, поэтому никаких проблем нет. И в принципе, после того как началась известная история с обысками и уголовными делами, мы для себя понимали, что нужно будет работать удаленно. Мы отработали эту схему и уверен, что проблем здесь не будет.

То есть руководство изданием Вы никому не передавали?

Нет. В этом плане ничего не меняется.

Не повлияет ли Ваше отсутствие в Украине на то, что издание "Страна" может закрыться со временем?

Это исключено. Наоборот, после того как я покинул Украину, у властей исчез очень серьезный рычаг давления на издание. Потому что, меня в любой момент могли арестовать, открыть новое уголовное дело и так далее. Это дало бы властям повод для торга и давления. Это был серьезный риск с точки зрения сохранения независимости нашей редакционной политики. Поэтому, как раз тот факт, что я уехал из страны наоборот только укрепит позиции нашего издания и будет способствовать тому, что оно будет работать и развиваться. Ну и я все-таки надеюсь, что в будущем ситуация в Украине измениться и я смогу вернутся на родину.

Действует ли в отношении Вас какая-либо мера пресечения?

Нет. Последняя мера пресечения, которая в отношении меня действовала - ограничение на выезд из Киева, закончилась 6 января, после чего я и уехал.

Источник: УН