Военные медики TacCat: Хотим, чтобы умение оказывать неотложную помощь стало модным трендом

Людмила Билека и Александра Завальная - военные медики-инструкторы. Девушки говорят, что имеют целью сделать модным трендом изучение домедицинской помощи. Они прошли войну и точно знают, чего стоит жизнь. В 2016 году с багажом боевого опыта, полученного на передовой восточных областей Украины, опытом инструкторской деятельности, Людмила, Александра и их друг Богдан объединились в организацию, которую назвали TacCat. Они обучают по современным американским и европейским протоколам как правильно помочь человеку до приезда скорой помощи, или бригады медицинской эвакуации при работе на фронте.

Три прошедших года жизнь стала насыщеннее, 
чем все предыдущие до этого

Людмила:   Я по образованию медсестра, соответственно, с медициной была связана еще до войны. Но все для меня началось с Майдана.

Сначала я думала: что может сделать простая медсестра, там где работают профессионалы? На Майдане было много людей, нуждающихся в помощи, а медиков - один на сотню в лучшем случае, в той ситуации я поняла, что не может быть у каждого человека рядом профессионального врача и поэтому, любые знания по медицине, домедицинской подготовки должны быть у каждого.

С началом войны я занесла в военкомат документы, ждала, когда меня мобилизуют. Но не дождалась и пошла сама. Тогда был проект "Медсанбат" и я решила, что в ожидании повестки я заняться подготовкой, выпускников этого проекта потом собирали в медицинскую эвакуационную бригаду, куда я и напросилась. У нас было шесть автомобилей и мы планировали выехать в зону в конце 2014 года, но пока все вопросы решили, выехали после Рождества в 2015 году. Мой экипаж ехал в Станицу-Луганскую, но мы только доехали до тогдашнего Сектора Б (к западу от города Донецк). Это был период, когда упала башня аэропорта, началась эвакуация и мы остались там, где нужно было работать.


Фото: из архива TacCat

Александра: У меня до войны была более творческая профессия. Но я имела друзей военных и еще с 2012 года мы писали различные тактические обзоры снаряжения. Когда началась война, моих друзей военных мобилизовали, а некоторые пошли добровольцами. Тогда я видела по снаряжению, что у них все очень плохо. Они были разведчиками, в батальонах теробороны и других "батах". Я начала, как волонтер, собирать для них снаряжения. Потом поняла, что нужно снарядить всю их группу, потому что не могут они быть классно одеты, обуты, с броней, а другие нет. Для выживания группы это было очень важно. Как-то так случилось, что люди сразу ко мне отнеслись с доверием, передавали много средств. Доходило даже до ремонта техники. Ребят отправили в Амвросиевку на желтых "Богдан", без всякого маркировки, когда там уже были обстрелы. Другой техники у них не было, и тогда мой друг военный узнал о том, что в их части закреплена техника, которую должны утилизировать. Но мы договорились с руководством волонтерскими силами восстановить технику и отправить к ребятам на фронт. Весь 2014 год я ездила на фронт в качестве волонтера.


Фото: из архива TacCat

А потом возникла острая потребность в аптечках. Я начала их комплектовать, отталкиваясь от состава американской военной аптечки. Мне из Британии помогали, передавали первые Celox-и (для остановки крови), турникеты. Это все передавалось на фронт, но никто не понимал как этим пользоваться. Я поняла, что не хватает людей, которые объяснят это. И пошла на выходки. Вот на медсанбат мы с Людмилой и познакомились.

Я уже к тому времени видела боевые травмы, оказывала помощь, понимала, что мне это удается и я справляюсь. До войны я и собственной крови боялась, но когда в стрессовом состоянии увидела раненого, во мне что-то изменилось. 

Людмила: Людям мы часто кажемся черствыми и бессердечными, но пережив сильный стресс и глубокие эмоциональные потрясения во время и после войны, если хочешь прийти и работать, по-другому не получается. Поэтому черный юмор это наш постоянный спутник.


Фото: из архива TacCat

Александра: Мы знаем раненых, погибших. Знаем их семьи, у кого жена, у кого дети ... Мы еще поплачем, всех вспомним ... Я с недоверием отношусь к слишком эмоциональных постов. Кажется, что люди спекулируют чрезмерными эмоциями для своих определенных выгод. Мне не нужно вызывать у кого-то сожалению, чтобы делать свое дело. 

Людмила: Я тоже говорю: если меня поставят перед выбором - быть чувствительной, бескорыстной, слезливой тряпкой, или черствым профессионалом, то я выбираю второе, потому, что слезы и эмоции еще никого не спасли. 

Приходит такой момент, когда осознаешь, что не хочешь зависеть от волонтерской помощи и пора самому обеспечивать свою работу

TacCat - это изначально медицинская помощь на фронте и обучения. Впоследствии девушки поняли, что на фронте медиков хватает, а процент обученных бойцов до сих пор довольно низкий.

Людмила: Мы крайней раз работали со службой медицинской эвакуации летом 2017 года, потом это отошло на задний план потому, что острая потребность в этом отпала. Особенно четко мы это осознали, когда несколько организаций приехали за одним раненым и не могли поделить его.


Фото: из архива TacCat

Александра: Мы поняли, что на данный момент не хотим этим заниматься. Но это не значит, что мы к этому не готовы, в случае обострения у нас уже собраны рюкзаки, но пока там есть службы, которые должны научиться полноценно работать без посторонней помощи. 

Людмила: Крайнее волонтерское финансирование у нас было еще во время эвакуации из Дебальцево. Затем нас, как инструкторов, начали приглашать на обучение новой полиции. Тогда еще были мысли, что преподавать - это совсем не мое, я больше практик. Но поняла, что это приносит доход, и мы можем сами себя обеспечивать. В 2017 году у нас еще была подопечная служба медицинской эвакуации, и мы старались своими силами обеспечивать все необходимое для ее работы и при необходимости ездили на ротации. А для тренингов мы начали самостоятельно закупать манекены, турникеты. Ведь ресурсы исчерпываются и если не обновлять эту базу, то со временем мы будем отрабатывать на ветвях и шишках.


Фото: из архива TacCat

Александра: Приходит такой момент, когда осознаешь, что не хочешь зависеть от волонтерской помощи и пора самому обеспечивать свою работу. Мы сейчас решаем проблему с домедицинской помощью среди гражданского населения. У нас есть отдельно тактические курсы, которые мы выкладываем для военных и служб, работающих в тактических условиях. Еще есть открытые гражданские курсы, куда любой может записаться и прийти на учебу. Люди, которые приходят к нам на тренинги - студенты медвузов, офисные работники, службы спасения и просто сознательные неравнодушные граждане. Эта работа дала нам возможность зарабатывать и комплектовать наши фронтовые медицинские рюкзаки, аптечки. У нас есть много друзей-производителей, которые касаются нашего дела и с которыми мы постоянно сотрудничаем, тестируя их изделия. 

Мы учим людей правильно оказывать 
помощь до приезда скорой

Людмила: Знание домедицинской подготовки что у нас остались, родом из "совка". Когда вспоминаю свои школьные занятия по ОБЖ и ДПЮ - это была скучная теория, жуткие рассказы о приколювання языка булавкой к воротника, а из практики - разве пошива ватно-марлевых повязок. Все знания должны быть полезны и применимы в реальной жизни. И поэтому мы подошли к обучению совсем с другой стороны.

У нас сейчас два базовых курса: остановка кровотечений и базовая поддержка жизнь, плюс неотложные состояния (сердечно-легочная реанимация). Две основные причины смертности до приезда скорой.

С момента остановки сердца до момента смерти мозга проходит 5-7 минут. Быстрая, в лучшем случае, едет 10-15 минут, поэтому очевидно, что надеяться на медиков - не выход. На наших курсах люди могут освоить навыки сердечно-легочной реанимации. Так же, во время открытого перелома или ранения кровеносных сосудов, человек может истечь кровью за три минуты. Быстрая, опять же, не успеет. Поэтому, наши курсанты учатся останавливать кровотечения, делать тампонаду, могут покрутить разные турникеты, ознакомиться с нюансами их конструкции. Это самая минимальная база. 


Фото: из архива TacCat

Александра: Это должны знать еще со школьных лет. У нас есть открытые курсы, их мы анонсируем на нашей странице в Facebook. К нам время приезжают даже люди с многолетним стажем медсестры, врачи. Их интересует именно домедицинской помощь, потому что ситуации случались разные. Мы предоставляем им возможность самостоятельно отработать все навыки и ознакомиться с пока новым и необычным для нашей страны оснащением.

Людмила: В конце концов, знания забываются их нужно обновлять и даже перепроходиты курс. Протоколы обновляются, есть новые статистические данные, исследования, могут появляться новинки, какие новые турникеты, клапан-маски для СЛР далее ...

Александра: Мы так и любим международные протоколы - они постоянно обновляются. Протокол тссс уже обновился в августе этого года. А до этого, они сделали обновления с учетом специфики нашей войны, хотя мы к ним не относимся. 

Людмила: В них появился протокол пролонгированного помощи, который используется для случаев, когда нельзя вывезти раненого 6-8 часов, сутки. У нас гибридная война, с которой сталкивались ранее. Там есть учета и такой специфики.

Александра: Но в Украине иная ситуация, когда люди не оперируют данными доказательной медицины, а только своим боевым опытом. Мы с этим не согласны.


Фото: из архива TacCat

Людмила:Мы не поддерживаем позицию, когда человек (инструктор) отходит от учебной программы и начинает рассказывать какие-то истории из своей жизни. И эти истории она вкладывает в программу обучения. Например, история об успешно проведенной сердечно-легочную реанимацию военном в небоевых условиях. Это все занесли в протокол тактической медицины. Хотя, это гражданская ситуация, это не боевая травма и она к тактической медицины не имеет никакого отношения. У нас начались споры, так не должно быть, но обычно трудно в таких ситуациях достичь консенсуса. У нас начали придумывать что-то свое, говорить, что наши бойцы не смогут усвоить американские акронимы ... И мы вместо того, чтобы эффективно обучать по уже обкатанных эффективных программам обучения, спорили, будем применять собственный опыт, не будем. У меня, например, не было четкого убеждения, что моя количество эвакуированных бойцов дает мне право писать какие-то книги и сводить какую статистику. Это недостаточное количество данных, необходимых для анализа. А когда из пары десятков человек создают собственную статистику ранений ...


Фото: из архива TacCat

Александра: Была отсутствие нормальных международных протоколов и мы пришли к тому, что не хотим использовать заново вымышленные вещи. Мы хотим использовать современные протоколы, основанные на передовом опыте доказательной медицины и статистических показателях. Мы хотим выкладывать правильно, так как должно быть. 

Мы обеспечиваем работой медиков, а не патологоанатомов

Сегодня TacCat - успешная организация, которая наработала себе имя, инструкторы которой зарекомендовали себя как профессионалы. Их знают, к ним обращаются, их услугах нуждаются. TacCat - это инструкторская деятельность по тактической медицине, домедицинской помощи, сотрудничество с другими организациями, которые производят необходимые медицинские вещи и снаряжение, помощь на фронт, а также - воспитание гражданского населения в предоставлении домедицинской помощи.


Фото: из архива TacCat

Александра: Мы сами собирали и комплектовали рюкзаки. Как-то у нас был заказ от одной организации на аптечки. Мы собрали, отшили итоги, а затем заказчик исчез. У нас осталась куча аптечек и потребность вернуть вложенные средства. Мы решили их продать, а потом появились новые заказы на аптечки, так все и началось. Аптечки для военных мы стараемся комплектовать соблюдая баланс между ценой и качеством: турникет, гемостатическое бинт (в частности украинского производства), назофарингиальна трубка с лубрикантом на водной основе (для того, чтобы оставлять просвет в гортани, через который может дышать человек, когда теряет сознание) , окклюзионная наклейка (стикер при ранении грудной клетки), атравматичные ножницы (для разрезания одежды раненого), термоодеяло, бандаж, несмываемый маркер, ножницы, перчатки нитриловые. 

Некоторые инструкторы говорят: "Желаем, чтобы эти знания вам в жизни не понадобились", но я не считаю это верным, потому что эти знания должны помочь в момент, когда в этом будет необходимость, и лучше когда у раненого оказались именно вы, человек, который обладает правильными знаниями, а не тот, кто не знает что нужно делать.

Людмила: Мы обеспечиваем работой медиков, а не патологоанатомов.


Фото: из архива TacCat

Хотим, чтобы хотя бы один человек из десяти 
знала и умела оказать помощь

Александра: У нас глобальные цели. Хотим сделать домедицинскую помощь модным трендом. Чтобы было стыдно не знать и не уметь. Если со мной что случится в городе, я хочу, чтобы хотя бы один из десяти знал и умел оказать первую помощь. Я считаю, что каждый гражданин должен получить шанс выжить до приезда скорой.

Базовый гражданский курс стоит от 600 гривен. Больше всего меня мотивирует к работе и развитии того, когда курсанты благодарят и говорят, что что-то случилось и они не растерялись. "Не было того и того по оснащению, что вы показывали, но я не растерялся и нашел альтернативу" . Например, случилась история за городом. У человека открытый перелом, пострадавший пытался его сам вправить и наделал еще больше бед. Наш курсант остановил кровотечение, из стопки газет сделал импровизированную шину, зафиксировал перелом и за 30 минут довез до больницы. Он сделал все правильно, чтобы стабилизировать состояние пострадавшего и дать возможность быстро добраться до врачей.

Людмила: В 2015 году я работала в зоне АТО и преподавала в полиции. Мне трудно посчитать общее количество людей, которых я научила. Видимо, за последний год, когда у нас была персональная регистрация, мы можем опираться на контактные данные, сертификаты, выдаем, чтобы понимать количество обученных людей за этот период. За все эти годы до этого был огромный поток людей. Даже в медсанбат одна группа, которая проходила трехдневное обучение, состояла из 300 человек, а сколько было учений на разных полигонах, полиция по разным городам, гражданские в прифронтовых зонах ...


Фото: из архива TacCat

Девушки не считали количество людей научили справляться в жизненно опасных ситуациях, но эта цифра может достигать уже тысяч. И к концу разговора, они же вызвали у меня чувство стыда за то, что я не умею оказывать домедицинскую помощь и не знающий в этих вопросах. Поэтому, у меня остается выбор - или надеяться, что никогда не увижу человека, который будет нуждаться в помощи, или, все же пойти на курсы и не растеряться, если вдруг что-то случится. И перед Вами стоит такой же выбор.

Источник: iPress